Category: экономика

Category was added automatically. Read all entries about "экономика".

В поисках апеллятива

С моей точки зрения, в весеннем тексте Марии Левченко, к которому только сейчас привлекли моё внимание, есть нечто очень характерное. Собственно, это видно уже из его зачина: Проблемы издательских стратегий в поле современной русской литературы на первый взгляд представляют собой вопросы прежде всего экономические, финансовые, маркетинговые и пр., но, как выясняется при ближайшем рассмотрении, эти аспекты имеют непосредственное отношение к сущностным вопросам собственно филологии, литературоведения, к вопросам поэтики. В современной культуре социальные, эстетические и экономические аспекты находятся в тесной взаимосвязи. Соответственно, рассматривая, казалось бы, экономические вопросы, мы неизбежно придем к выводам, существенным для понимания механизмов актуальной культуры в целом. Наиболее яркое и до сих пор не привлекавшее внимания ни экономистов (в силу финансовой незначительности объекта), ни филологов (в силу семиотической незначительности издательского аспекта) — поведение на книжном рынке тех издателей, которые занимаются современной актуальной поэзией.

Тут ключевое место — про «семиотическую незначительность». Издательская деятельность изначально не мыслится как высказывание, передача смысла, — и обнаружение в ней какого-то махонького смысла, который туда невесть как залетел (финальный вывод про то, что «актуальная поэзия наследу<ет> традициям андеграунда и образу<ет> своего рода профессиональную субкультуру»), воспринимается как событие. Между тем как издательская деятельность, эмансипированная от рыночных и/или идеологических функций, есть высказывание par excellence — а на кой она ещё нужна? Как таковое высказывание характеризуется, тем самым, шестью якобсоновскими функциями. Если перевести на этот язык статью Левченко, то выяснится, что весь разговор крутится вокруг изумления по поводу того, что у рассматриваемых высказываний слабо выражена конативная функция: издатели не кричат «эй!» и «ау!». Ну, не кричат. Но, может быть, у них идёт какой-то более существенный разговор? Может быть, их больше занимает референтивный аспект — или даже, паче чаяния, метаязыковой?

Олег Коцарев

ВВЕДЕНИЕ В ИНФЛЯЦИЮ

Тут такой экзистенциальный момент,
Когда хлеб подорожал уже на треть,
Масло вшестеро,
Поезда каждый месяц на 10%,
Но милостыню бабушке в метро
Подают так же по 10 копеек,
Как и три года назад,
И даже как когда я был маленький
И жил в Советском Союзе.
Я тогда приносил слепой на базаре
10 твердых советских копеек,
А потом мы шли покупать
У здоровенной тетки морковку.

Вот бабушка в метро и ждет теперь
Своей волны инфляции,
Чтоб хотя бы по 50, а не по 10,
И тетка с морковью, будто монета,
Под влиянием инфляции уменьшилась,
Потому что я вырос,
А она уже не такая и большая,
А морковка ее совсем мизерная,
Только базар на диво разросся,
Над базаром солнце блуждает,
А к нему в гости приходит месяц
И предлагает: «Купи у меня сыр».
Солнце торгуется и покупает,
Платит голубыми небесными пятерками –
И дневной месяц почти сливается с небом,
Тогда солнце предлагает ему купить луковицу,
А месяц говорит: «Куда ж я ту луковицу положу?»
Возмущенное солнце выбрасывает луковицу,
И шелуха параноидальным дождем
Падает на город.

Бабушка принимает за знак
Эти сыплющиеся с неба десятки.
Ее время наступает,
Она потирает руки.


Перевод с украинского
Оригинал
Для справки: украинская купюра в пять гривен — насыщенно голубого цвета, в десять гривен — закатно-красного.