Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Луиза Глик

СИНИЙ КУПОЛ

Надоели мне руки
сказала она
я хочу крылья —

Но как же ты без рук
останешься человеком?

Надоело мне быть человеком
сказала она
я хочу жить на солнце —

*

Указывая на себя:

Не здесь.
Здесь, в этом месте
не хватает тепла.
Синее небо, синий лёд

синий купол
поднявшийся над
плоской улицей —

И потом, помолчав:

*

Я хочу
моё сердце назад
Я хочу снова чувствовать всё —

Вот что значит
солнце: значит
опалена

*

В итоге это
неинтересно вспоминать.
Урон

неинтересен, нет.
Никого из знавших меня тогда
больше нет на свете.

Моя мать
была красивая женщина —
так все говорили.

*

Приходится всё
воображать
сказала она

Приходится действовать
как если бы в самом деле
была карта этого места:

ведь в нашем детстве —

*

И потом:

я здесь потому,
что это не было правдой; я

всё извратила

*

Я хочу, сказала она
теорию, чтобы
всё объясняла

у матери в глазу
незаметный осколок
амальгамы

синий лёд
пойманный в радужку —

*

Потом:

Я хочу, чтобы это
было моей виной
сказала она
тогда я смогу исправить —

*

Синее небо, синий лёд,
улица как река подо льдом

ты говоришь
о моей жизни
сказала она

*

но только
сказала она
тебе придётся исправить её

в нужном порядке
не касаясь отца
пока не справишься с матерью

*

вот тут чернота
показывает
где кончается слово

как в кроссворде
говорит вот тут
пора бы перевести дыхание

чернота значит
в нашем детстве

*

И потом:

тот лёд
должен был защитить тебя же

научить тебя
как не чувствовать —

правда
сказала она

я думаю, должна быть вроде
мишени, видишь только

середину —

*

Холодный свет заливает комнату.

Я знаю, где мы
сказала она
это же то окно
в моём детстве

Это же мой первый дом, сказала она
вот эта квадратная клетка —
пожалуйста, можно смеяться.

Тут как внутри моей головы:
можно смотреть наружу
невозможно выйти наружу —

*

Только подумай
солнце было здесь, в этом голом месте

зимнее солнце
не настолько близко, чтобы тронуть
сердца детей

свет говорит
можно смотреть наружу
невозможно выйти наружу

Здесь, говорит он,
здесь-то и место всему


Перевод с английского — — — — — — — — — Оригинал этого поста размещён в авторском блоге https://dkuzmin.dreamwidth.org/ Комментирование постов автора происходит там.

Бобби Паркер

Не кричать, пока автобус не остановится

Это правда, я вытащил дверцу шкафа
из груды, предназначенной в печь, и вывел
Агентство Паркера, Охота за привидениями
подтекающими красными буквами, и прибил
эту вывеску к забору перед нашим домом,
а прохожие тыкали и смеялись.
Дети швыряли камни нам в окна.
Пацан по прозвищу Плохой пёс
подбил мне левый глаз за враньё.
Мои родители терпели её
целую неделю, потом отец
всё-таки сжёг эту чёртову хероту.
Вот как раз примерно тогда я стал
много думать о смерти, лежал
на диване в своём воображаемом гробу,
руки сложив на груди, затаив дыхание.
Мама плакала. Папа дал мне по морде
и содрал Винсента Прайса
со стены моей спальни.
Вот такие ужасы;
скоро мы переехали выше по улице,
там рядом жила девочка
с зелёными глазами.

Перевод с английского — — — — — — — — — Оригинал этого поста размещён в авторском блоге https://dkuzmin.dreamwidth.org/ Комментирование постов автора происходит там.

Хорхе Сантьяго Передник

Четвёртый круг

Полдень, и свет нас сбивает с толку,
Свет отражается от всего и
Сбивает с толку. Чёрный полдень. Любезный
Борхес, почему ты влюбился в Японию,

Ты, жаждавший Запада в пении её гейши?
Почему ты татуировал её тело моими глазами,
И стирал отметины своим языком,

И заставил возлюбленную сбежать?
Надеюсь, всё потому, что мы исчерпали наши беседы
О Беркли, Спинозе и анархизме,
И ты, не вставая из своего кресла агностика,

Исходил её пядь за пядью
Спереди и с боков, полагая,
Что она беременна духом, и решил:
«Я её недостоин».

Ведь если так,
То ты меня ожидаешь в раю.

Перевод с испанского — — — — — — — — — Оригинал этого поста размещён в авторском блоге https://dkuzmin.dreamwidth.org/ Комментирование постов автора происходит там.

Нора Крук

Сегодня исполняется 101 год старейшей, я полагаю, здравствующей русской поэтессе Норе Крук. Страницы её ранней биографии (их пересказала Татьяна Бонч-Осмоловская в сегодняшней публикации на «Полутонах») читаются как авантюрно-исторический роман — а среди поздних стихов есть, например, такие:

СЕМЕЙНОЕ ДРЕВО

Наоми занята поисками корней.
Почему сейчас? Она говорит:
Всё изменилось. В новой России
не все пути ведут к братским
могилам.
Она пишет письма —
никого не находит на Украине —
пропали все.
В Белоруссии — никого.
А потом, после долгих поисков,
весточка из Челябинска:
Анна Ведрова.
Аня? Потерянная кузина?

Наоми объясняет — это ради детей:
я так и не расспросила маму,
а папа был скрытным… Он ведь
порвал со своей семьёй,
когда женился на маме.

Но почему?
Дети полны любопытства —
Дед — польский шляхтич,
Бабушка из клана раввинов.

Наоми пишет и возрождает годы.
Память всплывает, как снег тополей,
как парашюты-зёрна огромных вязов…

Аня, помнишь их вкус?
Дачи за нашей рекой… наша
любимая Зотовская заимка…
Сколько нас тогда было!
Отцы приезжали из города,
нагруженные фруктами…
Помнишь купальню для женщин?
Мальчишки ныряли под брёвнами,
грузные мамы визжали… Мы были
худышки. Помнишь, однажды
Сунгари разлилась?
Лодки нас развозили по городу!
Потом была эпидемия и нас застукали
во время холеры с чёрными от вишни губами…
Как ты живешь, Аня?
Какая была у тебя жизнь?
Когда умер твой папа?
Где он родился?
Я составляю семейное
древо. С кем из родных
у тебя сохранилась связь?
Где они живут?

Анин ответ подкосил Наоми.
Позже она мне его показала.
«Дорогая Наоми, твоё письмо
было ударом грома. Я помню всё,
даже твой голос. Твоя мама пекла
замечательный штрудель. Те годы,
Наоми, были счастливейшими
в моей жизни. Я помню всё…
Это письмо ты должна обдумать.
Я овдовела и живу с дочкой.
Она хорошая девочка, но
настроена против евреев.
Понимаешь, после папиного ареста
мама поменяла нашу фамилию, чтоб
не потерять работу. Мы выдавали
себя за русских, и теперь даже
дочка меня не подозревает…
Ном, я тебя расстраиваю,
я знаю это, сестрёнка, но если ты
всё же захочешь переписываться,
пиши только на “До востребования”».

Семейное древо?
Мы жгли всё дерево
на отопление.
Это спасло нам жизнь. — — — — — — — — — Оригинал этого поста размещён в авторском блоге https://dkuzmin.dreamwidth.org/ Комментирование постов автора происходит там.

Луиза Глик

Ну и последнее пока — остальное уже в публикации, наверное. Стихотворение осени 2020 года.

ДЕТСКАЯ ИСТОРИЯ

Утомившись сельской жизнью, король с королевой
возвращаются в город,
все маленькие принцессы
тарахтят на заднем сиденье,
распевая песнь бытия:
я есть, ты есть, он, она, оно есть —
но не будет, конечно,
никакого спряженья глаголов в машине, о нет.
Кто скажет о будущем? Никто ничего не знает о будущем,
даже планеты не знают.
Но принцессам придётся в нём жить.
Что за грустный день получился из этого дня.
Мимо машины проплывают пастбища и коровы;
выглядят мирно, но в этом покое нет правды.
Правда в отчаянии. Вот что
знают мать и отец. Все надежды потеряны.
Мы должны вернуться туда, где они потеряны,
если хотим их снова найти.

Перевод с английского — — — — — — — — — Оригинал этого поста размещён в авторском блоге https://dkuzmin.dreamwidth.org/ Комментирование постов автора происходит там.

Луиза Глик

До этого мы с вами читали примерно 30-летнюю Луизу Глик, из дебютного сборника «Первенец» (1968), который считался многообещающим, но несколько подражательным. А вот что она пишет в своей последней книге «Безобманная и добродетельная ночь» (2014).

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Перечитывая только что написанное, я теперь вижу,
что прервалась слишком резко, и моя история как будто
немного искажена, заканчиваясь, по сути дела, не то что внезапно,
но своего рода искусственным туманом, таким,
какой напускают на сцену, чтобы поменять сложные декорации.

Почему я закончила? Какое-то шестое чувство
угадало завершённость формы, художник во мне
вмешался и остановил движение, так сказать?

Форма. Или судьба, как говорят поэты,
которых я постигала долгими давними часами, —

я и сама когда-то так думала вместе с ними.
Но теперь мне не нравится это понятие,
я вижу в нём отговорку, оправдание,
и незрелость мысли, пожалуй, —

хотя и пользуюсь сама этим словом,
особенно объясняя свои неудачи.
Судьба, участь, чьи замыслы и предостережения
теперь мне кажутся всего лишь
локальными симметриями, метонимическими
побрякушками внутри безмерного замешательства:

Хаос — вот что я увидала.
Кисть застыла в моей руке — я не смогла его написать.

Темнота, тишина: так это ощущалось.

Как такое именовалось прежде?
«Кризис ви́дения» — это примерно, я думаю,
как дерево на пути у моих родителей,

но им приходилось
двигаться навстречу преграде,
я же отступала или сбегала —

туман опускался на сцену (моей жизни).
Действующие лица входили и уходили, костюмы менялись,
моя предназначенная для кисти рука
махала туда-сюда вдалеке от холста,
туда-сюда, как дворники на ветровом стекле.

Разумеется, это было в пустыне, поздно ночью.
(На самом деле — на запруженной улице в Лондоне,
туристы трясли своими цветными картами.)

Кто-то произносит слово: «Я».
Из этого потока
выходят большие формы —

я глубоко вдыхаю. И понимаю:
тот, кто нарисовал этот вдох, —
не герой из моей истории, его детские пальцы
уверенно держат мелок, —

могла ли это быть я? Ребёнок, но и
исследователь, которому внезапно ясен путь, перед кем
расступаются дебри, —

и за ними, больше не скрытый от взгляда, тот восторг
одиночества, какой, возможно, испытывал Кант,
по дороге к мостам
(мы родились в один день).

Снаружи нарядные улицы были
нанизаны, в конце января, на подуставшие огни Рождества.
Какая-то женщина привалилась к плечу любовника,
напевая Бреля тоненьким сопрано, —

Браво! — захлопнулась дверь.
Теперь ничто не войдёт и ничто не выйдет —

а я и не двигалась. Я чувствовала: пустыня
простирается впереди, простирается (как теперь кажется)
во все стороны, перемещаясь, пока я говорю,

так что я всё время
лицом к лицу с пустотой, этой
падчерицей возвышенного,

которая, оказывается,
была и моим предметом, и моим материалом.

Что бы сказал мой двойник, прочитав
мои мысли?

Возможно, что в моём случае
просто не было той преграды (просто чтобы поспорить),
которая бы обратила меня
к религии, кладбищу, где вопросы веры
получают ответ.

Туман рассеялся. Пустые холсты
встали лицом к стене.

Котёночек умер (это в песне поётся).

Восстану ли я из мертвых, вопрошает дух.
И солнце говорит: да.
И пустыня прибавляет:
твой голос — песок, рассыпанный ветром.

Перевод с английского
«Котёночек умер» — из песни Жака Бреля «Старики», в канонический русский перевод Мориса Ваксмахера этот котёночек не влез.

P.S. Это стихотворение цитируется председателем Нобелевского комитета Андерсом Ульссоном в речи в честь Глик при вручении ей Нобелевской премии. — — — — — — — — — Оригинал этого поста размещён в авторском блоге https://dkuzmin.dreamwidth.org/ Комментирование постов автора происходит там.

Луиза Глик

ЧИКАГСКИЙ ПОЕЗД

Против меня всю дорогу,
Едва шелохнувшись, просто Отец с голым
Черепом поперёк подлокотника, а ребёнок
Между бёдер матери сунул голову и спал. Это яд
Заместил весь воздух.
И они сидели, как будто паралич предсмертный
Прибил их гвоздями. Путь выгибался к югу.
Я глядела, как содрогается её пах... вши в волосах малыша.

Перевод с английского — — — — — — — — — Оригинал этого поста размещён в авторском блоге https://dkuzmin.dreamwidth.org/ Комментирование постов автора происходит там.

Белла Уоринг (1951–2015)

МАЛЫШ НЕВЗНАЧАЙ

пытается кувырнуться как следует, камикадзе,
интерн опрокинул открытый кувез. Почти

долетает до пола. Представляю себе заголовки:
ДОКТОР ВЫБРОСИЛ МЛАДЕНЦА СО СПИДОМ.

Отличный сэйв, сестра! Юный врач: «Мы должны
поменять ему трубку». Голос дрожит, месяц всего

из института. Говорю ему: «Не надо объятий, всё
будет в порядке». Мы его оживляли всей командой,

малыш Невзначай, вес при рождении полкило,
глаза пока не открылись. Мать наркоманка с ВИЧ.

Даже имени ему не дала. В нашем неонатальном
вытаскивают и не таких: Ещё не родился плод,

который от нас уйдёт. Такой тут девиз. Один из
моих друзей оказался в тюрьме. Мёртвые птицы

куда деваются? Неруда хотел это знать. Вороны
съедают их. Птичий рай? Представьте, какой там гвалт.

Когда малыш Невзначай плачет, рыбка, брошенная на песок,
ни малейшего писка из ящика. Высокотехнологичные

искусственные лёгкие включаются и выключаются сами,
медсестра не нужна. Тишина: за окошком голубь

цвета нежных крекеров, горло как бензин, разлитый на
мокрой улице, крылья исчирканы белым, прячется от дождя.

Кое-кто из моих друзей оказался в тюрьме, в Латинской
Америке. Прошёл пытки. Изгнание. У некоторых

есть отвага. У некоторых есть сердце. Corazon.
После такой смены, как сегодняшняя, у меня обычно

дурные сны. Бывают дни, когда я избегаю отражений
в витринах. Просто не хочу, чтобы кто-то смотрел на меня.

Перевод с английского
Стихотворение отчасти построено на аллюзиях к «Книге вопросов» Пабло Неруды; среди этих вопросов есть и такой: «Может быть, это рыба, / готовая сделаться птицей?» (перевод Павла Грушко). Corazon — сердце (исп.). — — — — — — — — — Оригинал этого поста размещён в авторском блоге https://dkuzmin.dreamwidth.org/ Комментирование постов автора происходит там.

Чарльз Симик

ТАРАКАН

Когда я вижу таракана,
Не стервенею я, как вы.
А медлю миг-другой, как будто
Приятельски приветствую.

Вон тот усатый мне знаком.
Пересекались мы, бывало,
На кухне в час полночный
И нынче на моей подушке.

Там у него, я вижу, пара
Чёрных волосков моих
Болтается на голове,
И бог весть что ещё такое.

И у него фальшивый паспорт —
Как я узнал об этом, не скажу.
Фальшивый паспорт, да,
С моим же детским фото.

Перевод с английского — — — — — — — — — Оригинал этого поста размещён в авторском блоге https://dkuzmin.dreamwidth.org/ Комментирование постов автора происходит там.

Чарльз Симик

ТЕМА ЭМИЛИИ

Дорогие мои деревья, я вас больше не различаю
В этом зимнем свете.
О чём вы хотите напомнить, я помню и так:
Мир стар, и всегда был стар,
И сегодня под вечер ничуть не новее.
Может, это вовсе не сад, а витрина ломбарда
Под амбарным замком, и я созерцал
Выставленную в ней дребедень, покрытую пылью.

Каждую мою мысль за меня сочиняли безвестные
Литературные негры. И когда один из них ударял
По затянутым паутиной клавишам пишмашинки, меня трясло.
К счастью, темнота опустилась быстро.
Вскоре соседи принялись жечь листву,
А возможно, не только листву.
Потом я видел, как дети бегали вкруг огня
С демоническими от пламени лицами.

Перевод с английского — — — — — — — — — Оригинал этого поста размещён в авторском блоге https://dkuzmin.dreamwidth.org/ Комментирование постов автора происходит там.