Dmitry Kuz'min (Дмитрий Кузьмин, стало быть) (dkuzmin) wrote,
Dmitry Kuz'min (Дмитрий Кузьмин, стало быть)
dkuzmin

Category:

Вторые Кривулинские чтения в клубе "Среда обитания", 6 июля

Замысел был не только уравновесить рассуждения о поэзии самими стихами, как обычно в "Среде обитания", но и уравновесить мемуарную тенденцию (естественно задаваемую ситуацией) рефлексией. Поэтому была задана тема дискуссии "Преемственность в поэзии", несмотря на то, что на очень похожую тему ("Последователи и предшественники") в клубе уже беседовали. Ничего из этого не вышло: все, у кого была возможность высказаться в мемуарном ключе, ею воспользовались, те же, у кого такой возможности (по возрасту) не было, от рефлексии уклонились и просто читали стихи. Единственное исключение составила краткая речь Ильи Кукулина, заметившего, что во второй половине 1990-х складывалось впечатление, будто из двух главных столпов петербургской поэтической жизни — Кривулина и Драгомощенко — в будущее значительно сильнее обращен второй, занятый выработкой новой поэтической и личностной оптики, однако теперь, по прошествии еще некоторого времени, стало видно, что поэзия Кривулина не менее остросовременна, потому что его в поздние годы занимала оказавшаяся исключительно важной тема личности и истории: личного переживания и проживания истории, понимания собственной жизни как исторического (возникающего в истории и влияющего на историю) события. От чего у меня возникла прямая возможность передать слово Марии Степановой для чтения нескольких стихотворений из книги "Физиология и малая история", посвященной ровно этому, и примолвить, что только теперь, в последние два-три года, уже после смерти Кривулина, выкристаллизовались его продолжатели в русской поэзии: Степанова и Арсений Ровинский. Был еще Александр Уланов, которому я тоже предложил что-то сказать, но он был довольно невнятен, потому что сказать-то хотел из своей позиции скептически настроенного по отношению к другим поэтическим течениям метареалиста нечто достаточно неприятное (в том примерно смысле, что поэзия Кривулина гораздо ближе, чем нужно, к советскому мэйнстриму), но ввиду контекста заявить это со всей резкостью постеснялся.

Мемуарный поворот был предзадан продемонстрированным в начале вечера документальным фильмом, снятым год назад к 60-летию Кривулина. Фильм по ракурсу и интонациям "перестроечный", выдержанный совершенно в манере начала 1990-х: с рассуждениями об эпохе на фоне перемонтированной хроники и характеристикой эпохи кривулинского дебюта цитатой из Евтушенко. Снимай московская студия — чего доброго, Евтушенко и позвали бы о Кривулине рассказывать. Но съемки были питерские, а потому генералы — поменьше: Андрей Арьев, Лев Лурье... Видно, что намерения у всех благие, но общая тональность запредельно фальшивая.

Живьем выступали преимущественно люди, не так уж близкие с Кривулиным, — за исключением говорившего первым Михаила Шейнкера, которого я попросил отнестись к теме вечера и порассуждать о литературной преемственности применительно к Кривулину, и выступавшего последним Льва Рубинштейна, который сильно опоздал, почти никого не слышал и потому был крайне лаконичен, ограничившись мемуарным этюдом о том, как они с Кривулиным и кем-то еще играли в покер, от безысходного безденежья, на шарики черного перца, и о том, как Кривулин однажды, под воздействием временами нападавшего на него синдрома Мюнхаузена, сказал Рубинштейну: "Знаешь такого поэта-символиста — Эллиса-Кобылянского? А знаешь, кем он стал потом? Не знаешь? Диктатором Венесуэлы!" У других вспоминавших мемуарные пассажи были коротки просто потому, что пуда соли вместе съедено не было; запомнился более всего эпизод, рассказанный Виктором Ковалем: как случилось им вместе быть в Крыму, и занесло их на местный литературный вечер под председательством Александра Ткаченко, тогда еще, кажется, не руководившего ПЕН-Клубом; Кривулин с Ковалем потихонечку сели в зале, а Ткаченко из президиума и говорит: "Среди нас присутствует выдающийся поэт Виктор Кривулин, давайте его поприветствуем!" — и зал, что ж, верит на слово и начинает аплодировать; и Кривулин, которому вся эта сцена, и сам Ткаченко, и весь это президиум чудовищно неприятны, в растерянности говорит Ковалю: "Надо бы поклониться... да мне на костылях неудобно... слушай, а поклонись им вместо меня, им ведь все равно!" — что Коваль с удовольствием и сделал, а теперь с удовольствием рассказал. (Т.е. надо понимать, что, конечно, прекрасно бы Виктор Борисович поклонился, если б ему захотелось, но необходимость это делать в таком контексте совершенно выбила его из колеи.)

Собственные стихи по ходу вечера читали, помимо Рубинштейна, Коваля и Степановой, Сергей Гандлевский, Михаил Айзенберг, Михаил Генделев, Юлий Гуголев, Юлия Идлис и, сверх плана, Владимир Сергиенко (что-то такое еще объяснявший по поводу симпатии Кривулина к стихам поэта Блажеевского, от чего у вдовы Кривулина Ольги Борисовны Кушлиной глаза полезли на лоб; в самом деле, верится с трудом, хотя в поздние годы терпимость Виктора Борисовича — правда, обращенная преимущественно на окружавший его молодняк — и меня временами изумляла). О.Б. вообще явилась в ипостаси главного редактора собственного издательства "Герань", выпускающего сувенирные поэтические сборники (для начала вышел одноименный том "сатириконца" Потемкина, первые 50 экз. в какой-то невероятной тканевой обложке с цветочным ароматом окупают весь остальной тираж, и за некоторый срок должно набежать на нормальное собрание сочинений Кривулина), — вон оно, оказывается, как можно делать дела, пока мы тут попусту оглашаем воздух ламентациями об отсутствии денег на.
Tags: отчеты
Subscribe

  • Статистика

    Подсчитанные: Антон Азаренков, Ростислав Амелин, Вадим Банников, Василий Бородин, Оксана Васякина, Анна Глазова, Алла Горбунова, Кузьма Коблов,…

  • Возвращаясь к дю Буше

    Кирилл Корчагин подготовил вполне выдающийся материал: панораму французской поэзии второй половины прошлого века. В идеальном мире, конечно, это…

  • Алпатов о Юсуповой

    Волшебный текст о книге Лиды Юсуповой выпустили государственнофинансируемые наши любители поэзии. Тут долгожданная новая тактика козлов Козлова:…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment